— Я смотрю, ты грандиозное затеял, — сказал наконец Сева. — Буфеты, конфеты… А с чего?

Олег покосился на дверь — Барбуда как будто вымер. Инструкций не поступало, надо было действовать самому.

— Да тут, понимаешь, — небрежно проговорил он, — день рожденьчик небольшой…

— Не болтай, — возразил Сева. — Я ваши дни рождения помню, слава Богу. Небось, корабль свой утопил и страховку теперь пропиваешь.

— Не надо так говорить, Всеволодя, — серьезно сказал Олег. — Мы люди суеверные. А день рождения у одной моей знакомой. Простая общежитская девчонка, встречать негде, не на улице же встречать? С подружкой придет. Ты пойми, Володя, пойми и не осуждай. Жизнь — она ведь не ко всем домашним боком. Вон в Эфиопии что творится… Что ты хмуришься, детка? Что тебе не понравилось?

— Да неудобно, — задумчиво сказал Сева. — Я же не знал…

Он посмотрел на свои захлюстанные штаны, на ноги в черных носках. У Олега в этом смысле было всё в порядке: ботинки его и брюки сверкали такой чистотой, как будто он шел сюда посуху.

— А что тебя гложет? — поинтересовался Олег.

— Без подарка — нехорошо…

— Да, подарок — это, конечно… — Олег выжидающе смотрел на Севу: надо было, чтобы Сева сам пришел к нужному выводу.

Но в это время зажужжал музыкальный звонок — за сегодня уже третий.

— А вот и они, — весело сказал Олег. — Боря, встречай гостей! — громко крикнул он в соседнюю комнату.

— Бегу! — отозвался Лутовкин. И в самом деле затопал по коридору.

— Ничего, — продолжал Олег, — перебьются и без подарка. Они девчонки простые, не протокольные. В общем, свои.